Войти
Добро пожаловать, Гость!
Общаться в чате могут только вошедшие на сайт пользователи.
200
В отдельном окне
Скрыть

Энциклопедия

Кадр из Башни. Глава седьмая. История сборная. На последнем рубеже

к комментариям

Жанры: джен, юмор, POV

Персонажи: ж!Амелл, сотоварищи и толпа оригиналов для антуража
Статус: закончен
Описание: Помимо основной задачи, Солоне Амелл предстоит много других важных дел - присматривать за отрядом, чтобы не расползлись, как тараканы, помогать ближним по мере сил и возможностей, поддерживая репутацию ордена Серых Стражей, и, самое главное, встретить реальную жизнь лицом к лицу. Не так уж и просто, если ты всю свою жизнь провела в крепости Кинлок на полном довольствии, в тепле и заботе. Но Башня готовит отличные кадры! 
 
Автор: Anarore

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, а суета в лагере не думала утихать. То там, то сям раздавались начальственные выкрики, звонко бухали молоты по подгоняемым латам на походных кузницах, разливался и набирал силу удивительно аппетитный после долгого дневного перехода аромат повсеместно готовящегося ужина, а мимо нашей стоянки то и дело проходили по своим делам солдаты и гонцы, каждый из которых не забывал поздороваться и выразить своё почтение отважному Серому Стражу. Я уже даже устала отвечать, но пропускать всё мимо ушей было бы совсем невежливо, и я в который раз за вечер как можно приятнее и радушнее коротко ответила восхищённо смотрящему на меня эльфу, тут же, впрочем, умчавшемуся туда, куда шёл, светясь гордостью от того, что с ним столь уважительно говорила такая знатная дама. По правде говоря, в последнее время я была ужасно популярным персонажем у всех ушастых, не исключая Зеврна, ибо история о разоблачении мною заговора Логейна и спасения несчастных, которым была уготована участь рабов у тевинтерских магистров, в кратчайшие сроки разлетелась по всему Ферелдену, едва ли не быстрее и качественнее, чем известия о решении на Собрании Земель. Но я даже близко не чувствовала себя счастливой, оказавшись в центре внимания такого количества народа. Они все так на меня смотрели... Словно ожидали чуда, словно кто-то гарантировал им счастливый конец, а я только знала, что погибнет прорва народу, и от этого становилось только хуже, будто бы это я лично вознамерилась всех их принести в жертву в каком-то изощрённом малефикарском ритуале.
На мой печальный вздох Мурзик отозвался заискивающим поскуливанием и лизнул мне руку, словно пытался приободрить. Я машинально потрепала его по холке, не отрывая остекленевшего взгляда от костра. Радоваться можно было только одному — скоро всё закончится, так или иначе. Я уже, кажется, даже не боялась умереть, ведь это только бы означало избавление от всех моих проблем, как бы малодушно это не звучало.
— Миледи! — раздался над моим ухом едва ли не рявк! Я рефлекторно подпрыгнула и уставилась на очередного эльфа, стоящего передо мной. Совсем эти ушастые обнаглели! Уже посидеть подумать о своём нельзя. Мой крайне либеральный, впитанный... ну не с молоком матери, а с обучением в Башне подход к этому вопросу, кажется, принёс свои горькие плоды. Я уже собиралась праведно возмутиться и даже открыла для этого рот, как эльф очухался и быстро-быстро затараторил, стремясь упредить мою вспышку гнева:
— Миледи, вас ждут Её Величество и эрл Редклифа, миледи, я вовсе не хотел на вас кричать, миледи, вы совсем задумались, миледи, мне пришлось повысить голос, миледи, я крайне виноват, миледи... — известие о том, что меня, оказывается, очень ждёт остальная верхушка нашего похода, моментально остудило мой гнев, а испуганное бормотание посланца и вовсе заставило смущённо покраснеть и пожелать себе провалиться под землю при каждом повторении слова «миледи».
— Ничего страшного, мой друг, со всеми бывает. Я сейчас же отправлюсь к королеве и эрлу, так и передай, — только и смогла как можно спокойнее и благосклоннее выдавить я, внутренне сгорая от стыда. Осчастливленный эльф кивнул, уставился на меня хорошо знакомым восторженным взглядом и умчался так быстро, что не успела я и глазом моргнуть, а его уже не было. Печально перекосившись, я повернулась в сторону своих товарищей, особенной тоски во взгляде удостоился котелок с ароматной похлёбкой, уже доходившей над углями.
— Иди, кадан, — успокоил меня Стэн, сразу сообразивший, в чём дело. — Мы тебе оставим, — остальные тут же согласно закивали, впрочем, так хищно доставая ложки и миски, что я позволила себе на минутку усомниться в честности их обещаний. Ну ладно, в самом-то деле, чего это я? Мне и впрямь пора, есть у меня такое ощущение, что Анора не из тех королев, которые могут и подождать. Даже если ты самый главный Серый Страж всея Ферелдена, не по титулу, так по факту. Пришлось, покряхтев, отрывать свою сиделку от насиженного на плащике места и плестись в неведомые дали, через половину лагеря, кутаясь в слишком тонкую для холодного весеннего вечера материю. У костра даже в рубашке не холодно, а так... Тут же следом за мной подорвался Мурзик, громким лаем потребовав, чтобы я его подождала.
— Ну конечно, куда ж без тебя на военный совет, кто лучше тебя разбирается в тактике? — иронично поинтересовалась я у мабари, но тот только совершенно согласно гавкнул, подтверждая, что без него я точно никуда.
— Я бы не стала верить Логейну на слово, — рекомендовала я псу, хотя именно так тэйрн и утверждал, вздымая руки к небу и призывая Создателя и Андрасте в свидетели моей тупости, мешающей мне усвоить хоть какие-то основы военного дела, которые Мак-Тир тщетно пытался вложить в мою голову.
— Чему ты бы там не стала верить? — не замедлил возникнуть у меня за спиной герой реки Дейн, и я машинально сжалась в комочек, придумывая отмазку.

В комнате повисла тишина. Обычно, конечно, подразумевается, что тишина тихая, ибо в этом сам смысл слова, но эта тишина была какой угодно, только не тихой. В ней было столько выразительных жестов, хлопаний ресниц, переглядываний, почти осязаемых мыслей и бурлящих эмоций, что о тишине не могло быть и речи, хотя дар извлечения из себя более-менее связных и понятных слов на всеобщем отнялся у всех, даже у меня, видимо, за компанию.
— Что он здесь делает? — наконец совладала с собой и спросила меня в лоб, явно чем-то недовольная, Лелиана, уперев руки в боки и так сверкая глазами, что я не стала бы ручаться, кто тут ведьма — Морриган или она. Я скромненько огляделась назад:
— Стоит, — наивность моего ответа сделала бы честь даже Алистеру, которого теперь с нами не было. Ну, не потому что он протянул ноги или что-то в таком духе, просто он ушёл, если б мог, громко хлопнув дверью, но пришлось остаться и постоять рядом со свежеиспеченной невестой, которая, кстати, на добрый десяток лет его старше, но, думаю, ничего страшного в этом нет — в конце концов, люди и не при такой разнице в возрасте женятся, даже если перевес не в пользу мужчины.
— Я спрашиваю в глобальном смысле, — просто так сбить с толку барда можно было и не надеяться. Остальные уже тоже собрались в нормальное состояние из осадка, в который выпали, и сгрудились вокруг неё, выражая те же чувства.
— На Алистера обменяла, — буркнула я, рассматривая ковёр под ногами. Впрочем, не все мои товарищи приняли участие в марше протеста. Зевран выглядел скорее удивлённым таким поворотом, Огрен был пьян и пофигистичен к заморочкам наземников, Морриган просто плевала на всё, кроме своих никому неизвестных целей, а Стэн, похоже, даже одобрял, насколько я научилась разбирать эмоции этого непроницаемого кунари. Так что оппозицию составляли по большей части сама Лелиана, недовольная тем, что никто не умер, Шейла и Винн, от возмущения до сих пор не способная выдавить из себя что-нибудь кроме яростного голубого взгляда, призванного убить гада на месте. Гад, правда, убиваться отказывался.
— Я и сам за себя могу говорить, — спокойно встретил взгляд седовласой волшебницы Логейн, даже не думая дрогнуть или опустить глаза. И дело было явно не в том, что он просто её не боялся, но в чём-то ещё большем, чего я пока не понимала, но рассчитывала ещё узнать, чувствуя, что здесь скрыто что-то очень важное.
— Погодите-ка... — настороженно вмешалась я, перебегая глазами с одного члена братвы на другого. Те как-то зашевелились, сбились в одну кучу, и даже Огрен протрезвел, уставившись на меня тем же странным взглядом, что и остальные. Выглядели они так, словно я была голодным тигром, в клетке с которым они не осмотрительно оказались. — Вы что — против? — моё удивление и разочарование сим фактом было поистине опасным для окружающих.
— Не-е-е-ет, ну что ты... Разве ж мы это... И вообще... На что нам этот Алистер? И против Логейна мы ничего... Очень даже, правда-правда, Сол, — сбивчиво загомонили они, в преданности во взгляде конкурируя с Мурзиком.
— Ну вот и ладушки,- голодный тигр благосклонно кивнул и решил отложить трапезу. — Тогда покажите новому товарищу койко-место, а я пока найду Риордана, — мы благоразумно решили, что будет лучше, если секреты ордена не выйдут пока за его пределы, а магическую подготовку ритуала Посвящения проведёт орденский же маг, то есть я. Почему-то у меня было стоическое ощущение, что Мак-Тир всё-таки выживет после скверны, а потому я совершенно уверенно отправила своих обустраивать Логейна, завтра всё равно отправляемся, так что пусть будет под рукой.

Заледеневший весенний снежок был безжалостно спрессован сотнями ног, так что идти по нему никаких трудностей не составляло. Кроме того, необъяснимым способом чувствуя моё приближение, солдаты тут же расступались, уважительно скрещивая руки со сжатыми в кулак ладонями и склоняя голову, на минуту отрываясь от своих дел, поэтому продвигались мы с Логейном довольно быстро, а лично меня подстёгивал ещё и холод. Хотя дыхание приближающейся весны уже чувствовалось во всём, что нас окружало: и в пористом грязноватом снеге, и в напоенном смолистыми терпкими ароматами воздухе, и в нежно-розовых ветвях берёз на горизонте, вечерние заморозки всё ещё были достаточно суровы, чтобы приходилось кутаться во что-нибудь потеплее и с нетерпением ожидать прихода тепла.
Когда мы дошли до палатки, где собрался королевский совет, солнце уже совсем зашло, а в вышине зажглась первая звезда. Как мне рассказал Алистер, на неё положено загадывать желание, но я хотела столько всего сразу: и чтобы не дуло так сильно, и чтобы завтрашний бой прошёл удачно, и чтобы я вообще проснулась, а вся эта история оказалась просто дурным сном от набитого чем-то не тем брюха, что даже не решила, что именно мне следует загадать. Уважительно поприветствовав меня и Мак-Тира, телохранитель отодвинул перед нами полог, и мы зашли внутрь. Тут же сквозь опустившуюся ткань втиснулся Мурзик, недовольный тем, что его забыли. Внутри шатра, к моей радости, оказалось тепло, даже жарко, от четырёх горящих по углам жаровен, так что я тут же сбросила плащ, не желая потом с ним возиться. Логейн же сразу направился к столу, над которым склонились Анора и эрл Эамон, что-то обсуждая и водя пальцами по плану Денерима и окрестностей, консультируясь у рядом стоящего воина в лёгких доспехах, несколько смущённого вниманием таких важных особ, впрочем, гораздо меньше, чем это могло бы быть где-нибудь в Орлее.
— Ага, вот и вы, отлично, — кажется, Геррин даже не сомневался, что я приду не одна, и я моментально обиделась. По-моему, о моём полном тактическом неведении уже были осведомлены все, кто только мог, и в расчёт меня особенно не брали. Ну и ладно, не больно-то хотелось. Моё дело собрать армию, извернуться и прибить архидемона, да командовать своей братвой, а об остальном пусть у других голова болит. Но не позвать меня было нельзя, так что мне предстояло печальным призраком стоять над душой у других, пока они будут изощряться в планировании. Алистера, кстати, не было. Видимо, всё ещё продолжал дуться, хотя я точно знала, что он всё-таки в лагере.
Два Мак-Тира и Эамон едва ли не столкнулись лбами над картой, обсуждая возможные манёвры и планы, пока я тихо сидела в уголочке, грея руки над огнём и размышляя, какие ещё могут быть варианты, кроме как придти и выдать на орехи всем порождениям тьмы. Можно даже через главный вход. Надо сказать, что вскоре три великих мыслителя пришли к выводу, что Денерим построили слишком хорошо, и выбора кроме как переться через главные ворота у них нет, если они не хотят потратить целый день на обход вдоль стены. Я не понимала, почему на всю столицу только два выхода. То ли затем, чтобы много не зашло, то ли затем, чтобы много не вышло. Потом мне пришла в голову мысль, что эта борода эрлу Эамону совершенно не идёт — разве можно сказать, что ему всего-то сорок шесть лет и вообще он младше Логейна? Нет, бороды это зло...
В палатку, почему-то отряхиваясь от снега, хотя снегопада на улице и близко не было, влетел Риордан, тут же с ходу включаясь в обсуждение. И после этого разговор, протекавший на повышенных тонах, и вовсе превратился в нечто неуправляемое, где каждый пытался что-то доказать другому. Происходи это среди моей братвы, я бы просто их укоротила, но эти-то не поддадутся, а впрочем...
— Господа и дама, может, вы просто подождёте, пока архидемон сам к вам выйдет вместе со всей ордой, а там по ситуации разберётесь? — пристыженные спорщики смутились, притихли под моим строгим взглядом и продолжили свои изыскания в мирной, дружественной, обеспечиваемой неусыпным мабарийским контролем (когда Мурзик хотел, он мог посрамить своим суровым видом надсмотрщиков форта Драккон) обстановке. Расслабившись, я снова вернулась к своим пустым мыслям, в попытке убить время вспоминая все известные мне правила контроля духовной энергии, вместе с фамилиями их авторов и историями открытий.
— А архидемона вы будете ловить сачком? — не удержался от шпильки Мак-Тир, очевидно недовольный расплывчатыми формулировками ответов Риордана.
— Мы будем, — поправил его орлейский Страж. Логейн что-то недовольно пробурчал, а я вдруг с удивительной ясностью поняла. Завтра я выйду на бой с архидемоном, которого можно убить, только пожертвовав жизнью Серого Стража. А значит, возможно, завтра умру именно я. О, и зачем я так сглупила...

Дорога от комнаты Риордана до моей показалась вечностью и одним мигом одновременно. В ней смешалось всё: неверное освещение факелов, длюннющая каменная кишка коридора, то неимоверно сужавшаяся до одного освещённого пятачка, то расширявшаяся и терявшаяся в бескрайней темноте одновременно, расплывающийся перед глазами мир и полнейший сумбур в моей голове. Это же смешно — пройти такой путь, чтобы красиво сдохнуть в самый последний момент и ни демона не увидеть результата своих трудов. Благородная жертва Серых Стражей! Добровольно отданная жизнь в обмен на столетия относительного спокойствия, которого точно никогда не будет! Фарс и бред! Но Риордан не лжёт... В тот момент, когда он открыл нам правду, всё, на что меня хватило, так это малодушно порадоваться внутри, что я сохранила жизнь Логейну — будет кому склеить ласты вместо меня. Но разве это не ещё хуже, чем если бы я просто казнила его там, в зале Собрания Земель? Разве это не сущая подлость? Я испытывала жгучий стыд и отчаянное желание жить во чтобы то ни стало одновременно, схожее с тем, которое ощутила тогда на Тропах. Это было невыносимое ощущение.
Но если у меня и наличествовали планы посидеть в одиночестве и попытаться привести мысли в порядок, то сбыться им суждено не было. Едва я толкнула дверь в свою комнату, как в глаза мне бросился печально знакомый силуэт болотной ведьмы, греющей руки над камином.
— Не пугайся, это всего лишь я, — повернулась она ко мне, отрываясь от своего занятия. Поджидала, стерва.
— Даже не думала, — буркнула я и пододвинула ножкой стоящий рядом стул, полагая, что если Морриган вот так ко мне заявилась, что присесть не помешает. Сейчас я услышу что-то очень интересное...
— Мне ведомо, как умирает архидемон... — правильно истолковав мой жест, как предложение говорить, что там у неё, и выматываться поскорее, начала Морриган, милосердно не став тянуть кота за хвост.
Я слушала её. Слушала крайне внимательно. Даже задала пару уточняющих вопросов. Речи ведьмы текли сладкой патокой, обещая избавить меня, а заодно и всех Серых Стражей грядущего от одной маленькой, но крайне глобальной проблемки, всего-то за...
— Ребёнок с душой Древнего бога? — тупо уставившись в пространство вопросила я. Морриган терпеливо кивнула, впрочем, хищно поблёскивая волчьими глазами. Добыча загнана и никуда не денется, остаётся только одним прыжком повалить её на землю и перегрызть горло. А вот мне почему-то не нравилось чувствовать себя этой самой добычей.
— Так вот оно всё зачем... — протянула я, всё так же никуда не смотря. — Ах, Флемет, ах, старая ведьма, какой план. Жить-то хочется, да, хочется... — я обхватила голову руками и мерно раскачивалась из стороны в сторону, словно это могло как-то мне помочь. Бедный олень нерешительно и испуганно топтался на месте, не решаясь посмотреть в жёлтые вечно голодные глаза.
Молчание затянулось. Прошло пять минут, десять, а может и целый час, в течение которого только потрескивал огонь в камине, да поскрипывал подо мной стул. Внизу слышалась громкая гномья ругань, собачий лай и чьи-то уговоры успокоиться, отложить в сторону топоры и не облегчать задачу порождениям тьмы, но в комнате словно все вымерли, а скрипом развлекало себя залётное привидение.
— Скажи, Морриган... Ты правда рассчитывала, что я соглашусь? — я подняла голову. Внутри меня медленно закипало что-то чёрное, ядовитое и злое. Я не знала, как выгляжу со стороны, но чувствовала, что усталость и измождение последних дней, отразившиеся на и без того бледном и худом лице, и мрачная решимость в тёмно-голубых глазах делают меня несколько пугающей. — Я, маг Башни, ради спасения своей или чьей-то там ещё шкуры пойду на поводу у двух полубезумных отступниц-жаб, выползших из болота, и вручу им самого настоящего Древнего бога?! — всё больше и больше распаляясь, я повышала и повышала голос, угрожающе медленно встала со стула и нависла над Морриган. — Видит Создатель, большей глупости и придумать нельзя! — ведьма, нехорошо прищурившись, отступила на несколько шагов, неотрывно глядя на меня, а я почувствовала, как поднимающаяся в душе ярость вдруг покрылась ледяной коркой и превратилась в мрачное удовлетворение. Набравшись храбрости, олень поднял самонадеянного волка на рога и скрылся в лесу, упиваясь своей победой.
— Это твой выбор. Хочешь сдохнуть — отговаривать не буду! — болотная жаба вроде бы взяла себя в руки, но под конец не выдержала и перешла на повышенный тон. Я только презрительно усмехнулась, провожая её взглядом. Я бы с удовольствием лично свернула ей шею за предательство, но знала, что Морриган ждёт кое-что гораздо худшее, чем просто смерть. Гримуар старой Флемет и впрямь нашёлся в крепости Кинлок, но в руки её дочери не попал. То, что однажды карга поглотит душу Морриган и займёт её тело, меня полностью устраивало, ибо лучше и изощрённей мести мне не придумать. Иногда соблюдать правила так приятно...

Договорившись до чего-то там, высокие стороны ударили по рукам и вежливо распрощались, намереваясь хорошенько выспаться перед тяжёлым днём. Разумеется, никто ничего повторять не стал, ведь подразумевалось, что я буду сидеть и слушать, а не витать в облаках, поэтому, что мы будем делать, я слабо представляла. Что ж, меньше знаю, крепче сплю.
Топая обратно к месту нашей стоянки, сопровождаемая молчаливым тэйрном и любопытно сующим нос в каждую подходящую для этого щель по пути Мурзиком, я почувствовала, что мне всё-таки легче. Ещё раз всё вспомнив, я пришла к выводу о полной правильности своего решения. Видит Создатель, появления в нашем мире Древних богов допустить никак нельзя. Я ощущала себя палачом, заранее приговорив Логейна к смерти, ведь сама ни в коем случае не хотела наносить последний удар, и подозревала, что законы подлости не дадут сделать этого Риордану (иногда как мага-эзотерика меня посещали крайне точные предчувствия), но пыталась убедить себя, что это необходимое зло. Лучше пусть кто-то один умрёт сейчас, чем потом — сотни тысяч. Правда, совесть, постоянно грызущая меня за обращение к магии крови, пусть даже я поклялась себе никогда не использовать её кроме как против порождений тьмы, не собиралась смолкать и сейчас. Договориться с ней возможности не представлялось, так что приходилось просто терпеть и увещевать себя, что так надо.
В лагере же меня ждал сюрприз. Видимо, соскучившись по боевым товарищам и не считая их предателями, в отличие от меня, к остальной братве присоединился Алистер, с успехом манкирующий своими монаршими обязанностями. Завидев моё приближение в компании Логейна, будущий король осёкся, помрачнел и явно собрался уходить.
— Не надо, — я положила руку ему на плечо. Уже вставший Тейрин недоверчиво покосился на означенную конечность, ожидая от меня какой-нибудь ещё пакости. — Одному Создателю ведомо, удастся ли нам ещё хоть раз вот так всем собраться. Останься, — Алистер хмуро посмотрел куда-то за моё плечо, однако тэйрн уже успел куда-то тактично испариться и, под подкупающе-просящими взглядами товарищей, успевших соскучиться по немного недотёпистому, но уже такому родному храмовнику-недоучке, Стражу пришлось вздохнуть и поддаться на уговоры. Его тяжёлый плюх на землю был приветствован торжествующим рёвом, и совсем скоро, уже после пяти минут живо потёкшего разговора, мы умудрились забыть о нашей размолвке хотя бы на время. Наверное, сейчас был не тот случай, когда можно было дуться друг на друга, ведь вскоре нам всем придётся выступить против одного врага, а это необычайно сближает. Когда-то это заметил сам Алистер, но сближаться с Логейном всё равно отказывался. Ну пусть его, если так хочет.
Пока я жадно набивала утробу действительно оставленной мне похлёбкой в размере половины котелка, товарищи успели перебрать половину наших масштабных приключений, пару мелких и поведать Алистеру увлекательную историю о том, как мы отбивали Пик Солдата. В этой части разговора я сидела надутая, как жаба, потому что подколки на тему случайно возникшего диалога: «- Вот Эта обманута! — А вот эта сделок с демонами не заключает!» мне надоели хуже горькой редьки, как и живописания на тему моих корч, принятых мою же за предсмертные, и уже начавшееся трагическое прощание с товарищами, когда я вдруг поняла, что не так уж и тороплюсь к Создателю. После этого каждый посчитал своим долгом в той или иной мере сообщить мне, что взрослые люди не пьют что попало изо всяких подозрительных бутылок, особенно когда я с мученическим выражением лица пробегала мимо них в кустики. Почему-то зелье Авернуса оказалось с неслабым таким слабительным эффектом, вот такой вот каламбур. Пришлось даже особенно запошлившегося Огрена ткнуть для отрастки Звёздным Клыком, сияющим мечом из метеоритного железа. А меня ещё спрашивали, зачем я всё таскаю с собой эту каменюку.
— С нами столько всего случилось... — задумчиво протянула Лелиана, подперев подбородок кулаком и глядя куда-то в звёздную даль.
— Даже не верится, — подтвердила Винн своим спокойным и уверенным голосом, по идее с утверждением мало вяжущимся, но у чародейки всё всегда делалось спокойно и уверенно.
— Оно и впрямь постаралось, чтобы привести нас всех сюда, — расщедрилась на комплимент Шейла, а от неё вытянуть что-то подобное было ой как не просто.
— Да, а что было бы, нашим Стражем оказался кто-нибудь ещё? — почесал в затылке Зевран, озадаченный внезапно всплывшим в него в голове вопросом.
— Например, кто? — живо заинтересовалась я. Полгода назад я бы руку отдала, чтобы их Серым Стражем действительно оказался бы кто-нибудь ещё, но сегодня не променяла бы свою братву ни на какие коврижки. Алистер только коротко вздохнул — он искренне надеялся, что уж какой-нибудь другой Страж непременно бы оказался более справедлив и отсёк башку Логейну, не то, что я.
— Ну например, помнишь, те, о которых мы в особняке банна Денерима слышали? Кусланды. Последний выживший из семьи, это так романтично... — восхищённо протянула бард, блестя глазами. Она обожала подобные истории.

«Отряд схоронился в кустах, ожидая, пока группа преследующих их от самого Лотеринга порождений тьмы не уйдёт вперёд и они смогут ударить им в спину. Маленькая Лелиана, прикрыв волосы шлемом, в своих темно-охровых доспехах так хорошо слилась с местностью, что даже товарищи не решались лишний раз пошевелиться, чтобы её не задеть; Стэн тоже преуспел в деле маскировки, что было совсем неожиданно для такого гиганта, но застывший неподвижно кунари даже вблизи мог запросто сойти за какой-нибудь камень оригинальной формы. Компанию им составлял на удивление понятливый мабари, чья родословная старшая, чем род Каленхада, обеспечивала ему преимущество в уме если не перед хозяином, то перед Алистером точно, а завершал композицию очень сосредоточенный молодой Айдан Кусланд, с заткнутыми за шлем по всем канонам маскировочной науки веточками куста. Краску для камуфляжного окраса он одолжил у своего же пса, и в результате приобрёл устрашающий вид, сделавший бы честь любому из легиона Мёртвых.
— Идут! — тихо прошептала откуда-то оттуда Лелиана, и все встали наизготовку. Айдан обнажил меч, тихонько кашлянул, и вот уже предводитель вражеского отряда поравнялся с их позицией...
— Вперёд! — резко скомандовал Кусланд. Церковница от неожиданности вздрогнула, промахнулась, Стэн вдруг затормозил на полпути, присев и озираясь, что произошло, а мабари просто поддержал своего хозяина громким лаем. Часть порождений тьмы с перепуга тоже споткнулась и застыла в ступоре.
— Сегодня, — продолжил дворянин, эпично указывая клинком на яркое дневное солнце, — сегодня мы отомстим за сожжение и разграбление несчастной деревни. Сегодня мы дадим отпор нечестивым тварям, повадившимся убивать наших людей и отравлять наши земли! Сегодня мы отомстим за своих товарищей, павших при Остагаре!..
Гарлок-вожак смущённо кашлянул, не решаясь перебивать оратора, но тут уже кунари размахнулся своим мечом, и потасовка завязалась, постепенно обрастая лязгом металла, треньканьем тетивы, заливистым собачьем лаем и прочим шумом.
— Знайте, это будет непростой бой, други мои, но Создатель на нашей стороне!..
Сообразив, что это надолго, пёс выпрыгнул из кустов и с рычанием набросился на ближайшее порождение, согласный на мучительную смерть от скверны, лишь бы больше не слышать про «храбрость, которая была лишь у Андрасте, ведущей свои легионы в бой». «Легионы» натужно кряхтели, но пока ещё справлялись с натиском тварей.
— Помочь? — поинтересовалась высунувшаяся из-за тех же кустов Морриган, привлечённая не иначе как воззваниями «к доблести, кипящей в крови, переданной нам нашими славными предками».
— Было бы неплохо, — признала Лелиана, отпинываясь от одного гарлока, и треская по спине луком другого. Что-то хрустнуло, и порождение свалилось на землю, а церковница осталась с двумя половинками бывшего лука.
— И когда от наших мечей падёт последняя тварь, воссияет над Тедасом солнце, и будут под его лучами смеяться наши дети, так сразимся же с супостатами, живота своего не жалея! — провозгласил Кусланд и ловко воткнул меч в печально проползавшего мимо генлока. Дорога была устлана трупами тварей и, гордо поперев ногой врага, Айдан вдохновлёно начал:
— Сегодня мы победили в очередной..."

— Хватит, хватит, хватит! — попросила меня хихикающая публика. Разошедшаяся я прервала пафосную речь по случаю победы над порождениями тьмы на половине слова и послушно захлопнула рот. На нас странновато косились солдаты, проходящие поблизости: видимо, они решили, что я репетирую завтрашнее выступление перед ними, надо же как-то мотивировать людей, верно?..
— Нет, Кусланд не вариант, — признала Лелиана, вытирая выступившую от смеха слезинку. Она всегда любила мои шутки и смеялась над ними даже тогда, когда мне самой было-то и не очень смешно. Наверное, немного человеку надо.
— Ну не хочешь вашего человеческого принца, пусть будет наш, — добродушно предложил Огрен, на минутку отрываясь от бочонка с пивом. — Вон, Эдукан средненький был, в убийстве брата обвинён, тоже был ничего так...
Взгляды Алистера и Зеврана вдруг почему-то скрестились на Мурзике, вопросительно заскулившем от их пристального внимания.

«- Нет, ты смотри, как хорошо он держится! Сразу чуется благородная кровь, не то, что в тебе! — разглагольствовал Зевран, дружески тыкнув под рёбра локтём Алистеру. Храмовник согласно захихикал и поддержал разговор:
— Да куда уж нам... И вообще, Зев, не королевское это дело — ногами грязь месить!
Эдукан неприязненно покосился назад, едва сдерживая неприличествующие благородному гному выражения. Сами посадили, и сами же измываются! Больше он никогда не сядет играть с этими проклятыми наземниками в карты, да будут тому свидетелями предки. Гномий принц крови ощущал себя крайне идиотски, сидя верхом на мабари, но карточный долг — долг чести, и он не мог отказаться от своего слова, хотя очень хотелось.
— Гав! — высказался пёс, словно поняв, что думают сейчас именно о нём.
— Ну ты мне тут ещё повыражайся! — отчитал его Эдукан, покрепче вцепляясь в ошейник, потому что мабари решил ускорить ход. — Глупая псина...»

Зевран и Алистер, переглянувшись, довольные, заржали. Ну правильно, сами пошутили, сами посмеялись.
— Не-е-ет, так дело не пойдёт, — возмутилась я, покрепче прижимая к себе Мурзика. Пёс тут же довольно завилял хвостом и радостно гавкнул, не забыв при этом от души лизнуть меня в лицо. Я едва его успокоила, спасая свою причёску и гордость, и продолжила, не убирая руки с холки мабари. — Если он будет моего Мурзика обижать, то ну его, да, малыш? — разумеется, Мурзик тут же поспешил выразить своё полное согласие громким лаем. Винн, неодобрительно покачав голову на тему расшумевшейся молодёжи, потянулась за своим вязанием — шерстяными носочками в мабари, подарочный вариант для Аришока, Стэн очень просил. Правда, после того, как мы объяснили ему, что вернуться из Ферелдена и не привезти ничего, связанного с собаками — это нонсенс. Не уверена, что кунари правильно понял слово «связанный», особенно под впечатлением от тёплого зимнего шарфа, сделанного для него чародейкой, но пусть уж привезёт сувенирчик, не понравится начальству — себе оставит, всё память о весёлых моровых деньках.
— Ну пусть будет простой гном. Или гномиха, — предложила более бюджетный вариант Лелиана. Вызов тут же был принят...

«Порождения тьмы приближались целой толпой. Все остальные наземники, в жизни не видевшие нормальной лавины гадов, побросали мечи и в ужасе задрожали, но Броска, поправив висящую на бедре флягу с гномьим самогоном и закатав повыше рукава, чтобы сподручней было, как... ла... сов, а потом об... ку, да через... к, а потом ещё раз по... ю, и... ть, ...ра... ого, и... ла... ш, ... ла на... ыц, и всех этих... ов как... ла прямо в... м... »

— Огрен, хватит! — закричала Винн, едва ли не силой с помощью Лелианы впихивая в глотку разбушевашегося гнома, показывавшего в лицах, как Броска... ла и... ла порождений через... к, горлышко фляги, низкорослый воитель отчаянно сопротивлялся, но тяга к зелёному змию коварно открыла ворота крепости, и гном на некоторое время выбыл из реальности.
— Да, именно так в следующий раз и сделаю! — пообещала громко гогочущая я, катаясь по земле.
— А я ничего не понял, — признался смущённый Алистер, чеша в затылке.
— Я тоже, — присоединился к нему Зевран. — Столько многоточий... Ничего не понятно.
В конце концов очередная попытка Огрена продолжить свой увлекательный рассказ была подавлена, с меня содрано обещание так никогда не делать, и конфликт был улажен, когда стороны пообещали друг другу больше ни слова о гномах. Пришлось взять что-то диаметрально противоположное — долийского эльфа.

«- Махариэль!
— Нет!
— Махариэль!
— Нет!
— Махариэль! — отчаянно увещевала Винн, последняя изо всех спутников не терявшая надежды как-то с этим справиться. В конце концов, умудрённая опытом волшебница в Башне и не такое видала.
— Нет, шемлены, не заставите! — в очередной раз гордо отрезал татуированный остроухий Страж, отворачиваясь от чародейки с таким видом оскорблённого достоинства, что все индейцы Земли, притесняемые американскими ковбоями, должны были бы съесть свои перья от зависти.
— Махариэль, уже середина осени на дворе, не дури! — Винн уже начинала выходить из себя, а это было чревато воспитательной лекцией, ещё более ужасной, чем стояние на коленях на горохе или гречке.
— Нет, нет и ещё раз нет! Я — долийский эльф, а не прирученная шемленская собачка! Я это не надену! — Терон являл собой аллегорию всего оскорблённого и притесняемого эльфийского рода.
— Но мы же только что оставили твоих родичей из другого клана, там всё в порядке! — попыталась в который раз воззвать к логике и здравому смыслу чародейка, но опять потерпела крах.
— Вот именно, другого! — вдруг плаксиво заявил Махариэль.
— Ну что это такое! — картинно всплеснула руками Винн, признавая собственное поражение.
— Это — обувь, и я её не надену! — объявил Терон и босыми ногами гордо удалился по осенней грязи, оскальзываясь и ругаясь по-долийски...»

— Откуда ты взял такой бред? — возмутилась бард, своими глазами видевшая обутых эльфов в том клане, с которым мы договорились о помощи.
— Да пока вы по лесам шастали, я с одной эльфиечкой разговорился, — доверительно сообщил Зевран. — Так она мне про Махариэля и клан Разутых Эльфов и рассказала.
Мы ненадолго погрузились в обсуждения, можно ли считать свидетельство неизвестной остроухой серьёзными доказательствами, но в конце концов плюнули, ибо не так уж это и важно. Хотя я бы посмотрела на целый клан необутых эльфов. Как они зимой-то ходят?
— Ой, а я тут про одну эльфийку вспомнила... Ну, та которая чуть банна Денерима не порешила в процессе бунта, ага, — покопавшись в памяти, выудила я историю, рассказанную нам одним эльфом, Сорисом, которого мы вытащили из тюрьмы. По его словам, девица была более, чем боевая — архидемона на лету остановит, на Глубинные Тропы пойдёт, наш эльф, короче, жалко, что укороченный на голову.

«Прижавшись к стенке, маг с ужасом взирал на подступающее к нему существо. Когда их банда приняла заказ на Серого Стража, он думал, что ничего страшнее демонов свет не видывал, но ЭТО существо было хуже всего, что только мог представить воспалённый лириумом и запрещённой магией мозг вчерашнего ученика...
— Парниш, не кипишуйся, — хищно улыбнулась Табрис, покровительственно хлопая мажонка по плечу, и он, вскрикнув от боли, едва удержался от того, чтобы за него схватиться. — Лириум есть, нет? А если найду? Посох дашь погонять? Чё такой дерзкий, с какого Круга?
— С ф-ф-ферел... — начал маг заплетающимся языком. — Эй, я, между прочим, маг крови! — попытался возбухнуть он, в надежде спасти собственное достоинство, но эта ужасная эльфийка только ещё шире ухмыльнулась, замахнулась кинжалом, и кровь малефикара забрызгала холодные каменные стены...»

— Эльфы — это сила, — немного подумав заключил Алистер. Огрен что-то протестующее пробурчал, но дальше нечленораздельных звуков булькающего характера не ушёл.
— А мне Алим вспомнился... — протянула Винн, на минутку отрываясь от своего вязания. — Тоже эльф, такой способный мальчик был...
Другой тоже эльф и способный мальчик пакостно ухмыльнулся до ушей...

«Тёплая джустиниаская ночь ароматным покрывалом расстелилась над лагерем. Полная луна охотно дарила своё серебро земле, и всё вокруг казалось сказочным и волшебным, тем более, что фееричность ночного, утопающего в волнующих воображение тенях леса, оттенялась кусочком привычного мира, создаваемым ярким костром посередь лагеря. Вокруг стояла тишина, не спалось только стрекотуньям-цикадам и парочке возле жаркого огня. На самом деле они несли свою вахту, но кто сказал, что нельзя совместить приятное с полезным?..
— Ты только посмотри, какое небо! — положив голову на плечо любимого, восхищённо протянула Лелиана, любуясь ночной бело-голубой россыпью созвездий на иссиня-чёрном бархате летнего небосклона. — Красота, правда?
— Ага, — подтвердил Алим Сурана, тоже пялясь в небеса, прикидывая, к каким заклинаниям завтра неблагосклонны звёзды и благоприятный ли будет день для посадки герани — этот проклятый пёс задолбал её жрать. Маг очень верил в гороскопы.
— Я слышала одну легенду, в ней говорилось о том, как... — начала было бард осёдлывать своего любимого конька, но потом вдруг осеклась. — Нет, это лучше ты мне что-нибудь расскажи. Ведь ты же наверняка должен знать много мифов и историй! — ярко блестя глазами предложила она эльфу. Сурана печально почесал в затылке. Лекции по истории народов Тедаса он честно пробухал в каптёрке с храмовниками, а сборник мифов и легенд прочитал лишь однажды, тут же употребляя прочитанные странички по другому, очень важному предназначению в сортире. Поэтому маг слабо себе представлял, чтобы такого рассказать своей милой Лёличке, но деваться было некуда...
Алим улёгся поудобнее, приобнял Лелиану за плечи и проникновенно начал:
— В общем, был у нас в Башне один кадр...»

— Не-е-е-ет!!! — с воплем подскочила церковница, вцепляясь в горло Зеврану. Эльф издал истерический всхлип и, довольный собой, повалился на спину, злобно гогоча и отбиваясь от атак разъярённой рыженькой. Та едва не рыдала от обиды и намеревалась то ли задушить Ворона, то ли выцарапать ему глаза через трахею. Почему-то возмущения Лелианы не вызвали должного сочувственного отношения, и мы только хихикали, а потом не стесняясь во всю глотку ржали, смотря, как эти двое катаются по снегу, и в конце концов горестные стенания барда тоже сменились звонким смехом.
— Нет, пусть уж эта будет — её хотя бы можно терпеть, — заключила Шейла, всё это время только изредка бурчавшая в сторонке о глупых мягкотелых, совершенно не понимая нормального человеческого юмора. Впрочем, на этот раз с ней согласились все. Я только широко улыбнулась — с такой командой за спиной не страшно даже брать штурмом Чёрный Город, не то что всего одному архидемону морду бить. Но всё-таки приятно было сознавать, что именно я собрала всю эту пёструю компанию и удержала её до конца. Мы сразим архидемона, а дальше будь что будет.

Отредактировано: Rogue


Предыдущая глава Следующая глава

Материалы по теме


15.05.2014 | Rogue | 805 | Anarore, Кадр из Башни, POV, Амелл, юмор, джен
 
Всего комментариев: 0

avatar